По заданию польских разведорганов организовал падеж свиней

Фрейндорф Георгий Адамович родился 20.03.1895 в Минске в семье служащих. До 1917 года работал слесарем на фабрике им. Кирова в Ново-Борисове. Член ВКП (б) с 1925 г. В 1926 назначен директором Борисовской макаронной фабрики, а после окончания одногодичных курсов в Москве – директором Бобруйской конфетной фабрики. В начале 1930-х назначен директором совхоза “Передовой” в д. Каменка Крупского района. Был женат, растил трех дочерей. Арестован 18.09.1937 (Жене сказали, что Ф. осудили на 10 лет без права переписки). Осужден Комиссией НКВД СССР и Прокурором СССР 6.12.1937 по ст. 68 УК БССР за шпионаж в пользу польских разведорганов к Высшей мере наказания. Расстрелян 21.12.1937 в Оршанской тюрьме НКВД. Реабилитирован Военным трибуналом БВО 20.08.1957.

Из статьи Г.Григорьева и В.Григорьевой “Круги на воде” в газете “Ленинским курсом”, г. Крупки от 17.06.1992: “.. в 1937 г у Крупском районе начался падеж скотины. В результате болезни. Казалось бы, нужно было бы все бросить на борьбу с эпидемией. Но не то было время. Начали искать “виноватого”. И не одного. Обычно в таких обстоятельствах “обнаруживалась” целая организация, действиями которой руководил кто-то “сверху”. Ниточка тянулась из Минска, где в Ветуправлении Наркомзема БССР работал “один из руководителей польской диверсионно-шпионской организаций Гурский” (Гурский Константин Иосифович, р. в 1903 г., работал старшим ветеринарным врачом Ветуправления Наромкомзема БССР, расстрелян в Куропатах 17.10.1937). Начались волны арестов, как круги по воде. Тут вот и вспомнилось, что еще в 1936 г. в адрес ЦК КП(б)Б пришло письмо, в котором утверждалось, что Г.А.Фрейндорф – троцкист. Нужно отдать должное Крупскому районному комитету партии и его тогдашнему секретарю М.Новикову: не поверили они доносу на своего товарища по партии. Провели детальную проверку и вынесли следующее решение: “Проведенной проверкой с показаниями членов ВКП(б) Грифа, Минькова, Марцинкевича, Белявина, Плавника (Борисовская парторганизация) установлено, что материал гражданина Мавидовича, адресованный на имя ЦК ВКП(б)Б о бывшей троцкистской деятельности члена ВКП(б) тов. Фрейндорфа, который работает председателем совхоза “Передовой”, не подтверждается. Про что сообщить ЦК КП(б)Б… Проверку проводил инструктор райкома Гуревич”.
(Из протокола №27 заседания Крупского районного комитета КП(б)Б от 23 декабря 1936 г.)

Но риск, которому подвергался районный комитет…, защищая “врага народа”, ненадолго помог. Через 8 месяцев тот же комитет вынес такое постановление: “За идеализацию троцкизма, опошление, за грубые бюрократические отношения к рабочим совхоза члена партии с 1925 г. Фрейндорфа Георгия Адамовича из рядов партии исключить” (Из протокола №8 Крупского районного комитета КП(б)Б от 3 августа 1937 г.)
“Идеализация троцкизма” со стороны Фрейндорфа заключалась в том, что в частном разговоре с рабочим типографии совхоза Лускиным Георгием Адамовичем заметил, что Троцкий в свое время был неплохим агитатором, но не держал камень за пазухой против партии. Вспомнились и другие “грехи”, в том числе и связь с начальником авиаотряда Плешаковым, который был уже “выявлен” как враг народа (связь заключалась в том, что Фрейндорф выдал ему двух свиней на нужды авиаотряда).

Из архива Комитета государственной безопасности Республики Беларусь: “Фрейндорф является агентом разведывательных органов Польши. Завербован в 1935 году агентом Федуловым, через которого от польских разведорганов получил задание для шпионско-диверсионной работы на территории СССР в пользу Польши.
В 1936 году по заданию разведорганов Польши уничтожил 1790 голов племенных свиней, что составляет 64% всего свиного поголовья совхоза. В 1936 г. сельскохозяйственный инвентарь не отремонтировал по заданию польской разведки, благодаря чему сорвал уборочную кампанию. По заданию разведорганов Польши систематически задерживал выплату заработка рабочим, тем самым вызвал недовольство среди рабочих. Передал шпионские сведения польской разведке о состоянии совхоза “Передовой” и его мощностях. Виновным себя в шпионско-диверсионной деятельности признал…”

Да, признал. Сломался человек, не выдержал издевательств. Но, признав себя виновным… – на вероломный вопрос следователя: “Кого вы сами завербовали?” ответил: “Я никого не завербовал”. Не продолжилась дальше ниточка. Оборвалась. Как оборвалась и его жизнь”.
(Из книги Андрея Аляхновича и Сергея Дубовца “Хроніка палітычнага тэрора: 1918-2008. Крупскі раён. Малое Палессе. Друцка-Берэзінскі край”)