По заданию из Польши вывел из строя 4 лошади. Расстрелян

“Мой прадед жил в Логойском районе имел свой хутор возле деревни Гайно. Это была большая польская деревня. Там был костел огромный Девы Марии. Его снесли коммунисты. Прадед имел троих детей. Один из них был мой дед, которому на момент ареста было четыре года. Была еще старшая сестра, она хорошо помнила, как это было. Ей было 13 лет. Его пришли, забрали. Он хромал. У него был туберкулез кости на ноге. Его обвинили, что он принимал участие в польских сражениях с красными. В августе его арестовали 24-го, а 20 декабря 1937-го его уже расстреляли здесь в Орше”, – эту историю про своего прадеда Кузмицкого Станислава Иосифовича рассказал его правнук Олег Кузмицкий. Осенью 2019 года Олег побывал в Орше на одном из мест расстрелов – на Кобыляцкой горе – и установил здесь табличку с именем прадеда на польском. Станислав Кузмицкий был поляком. 

Также Олегу Кузмицкому удалось получить из архива КГБ копии документов из архивного дела прадеда. Среди них две страницы рукописного протокола допроса, страничка обвинительного заключения, выписка из копии протокола заседания комиссии НКВД и Прокурора СССР №476 заседания от 6.12.1937, выписка из акта о приведении приговора о расстреле в исполнение.

Кузмицкий Станислав Иосифович родился в 1900 г., проживал на хуторе Пасики (Логойский район), считал себя поляком, происходил из крестьянской семьи, был малограмотным и беспартийным. До ареста 23 августа 1937 года был колхозником в колхозе Ново-Гайно. 

Из небольшого протокола допроса, который, судя по дате, мог состояться уже через три дня после ареста – 26 августа – мы узнаем, что репрессированных родственников ни у Станислава Иосифовича, ни у его жены не было. Не было и родственников за границей. Что касается имущественного положения, Кузмицкий пояснял, что до революции и после 1931 года у него было 5 гектаров земли, одна лошадь и одна корова. Интересовало следователя, в каком году арестованный призывался в Рабоче-крестьянского красную армию. Кузмицкий ответил, что в РККА его призвали в 1920 году, но освободили “по-честному”, т.к. в 1917 году он заболел туберкулезом кости, болезнь “подействовали на левую ногу, от чего я остался инвалидом до настоящего времени”.

Сотрудник НКВД спрашивает, где находился арестованный во время белопольской оккупации и какое содействие оказывал белополякам? Кузмицкий отвечает, что во время оккупации находился дома на хуторе Пасеки, и содействие белополякам не оказывал по причине болезни. Тем не менее, его забрали в обоз, где он находился двое суток. Следователь пытался обвинить арестанта в переходе границы, но Кузмицкий это отрицал. Нквдэшник ищет новые зацепки. Он спрашивает, за что Кузмицкого исключили из колхоза? Последний поясняет, что членом колхоза стал в 1931 году, но в 1933 году за срыв планов весеннего сева был исключен из колхоза. На этом протокол допроса закончился. Казалось бы, ничего серьезного, но в 1937-м этого было достаточно. 

Спустя почти три месяца, 25 ноября, начальник опер сектора НКВД БССР сержант госбезопасности Зайцев утверждает обвинительное заключение по следственному делу №22324 по обвинению Кузмицкого Станислава Иосифовича. В документе говорится, что оперуполномоченный 3-го отделения Оршанского РО НКВД БССР сержант госбезопасности (фамилия замазана архивом КГБ), “рассмотрев имеющиеся материалы по обвинению Кузмицкого Станислава Иосифовича по ст. 68 УК БССР нашел, что Кузмицкий “является агентом разведывательных органов Польши. Завербован в 1930 году польагентом быв.(шим) главарем политической банды (фамилия зачеркнута), через которого от разведорганов в Польше получил задание для шпионской диверсионной работы на территории СССР в пользу Польши.

В 1930 г. разведорганы Польши через польагента (фамилия зачеркнута) передал шпионские сведения о количестве семей, вошедших в колхоз, в 1931 году и 1932 г. по заданию разведорганов в Польши проходил вредительскую работу в колхозе, вывел из строя 4 лошади. По заданию разведорганов Польши проводил к-р агитацию среди колхозников, уговаривал не вступать в колхоз. Виновным себя в шпионской деятельности признал, и поэтому ПОСТАНОВИЛ:

след. дело №22324 по обвинению Кузмицкого Станислав Иосифович (ряд фамилий зачеркнут) направить на рассмотрение Народного Комиссара внутренних дел Союза ССР – Генерального Комиссара государственной безопасности тов. Ежова”. 

Справка: 1. Вещ. доказательств по делу нет
2. Арестованный Кузьминский С.И. содержится под стражей в тюрьме г. Орша с 23.8.37 г.
3. Личные документы обвиняемого прилагаются к делу отдельным пакетом. 

Подпись: оперуполномоченный 3-го отделения Орш. РО НКВД – сержант гос.без. (фамилия скрыта).    

6 декабря 1937 г. Комиссия НКВД СССР и Прокурора СССР на основании ст. 68 УК БССР постановила Кузмицкого Станислава Иосифовича, 1900 года рождения, ур. д. Пасеки, Логойского района БССР РАССТРЕЛЯТЬ. Об этом свидетельствует выписка из протокола заседания заседания Комиссии НКВД и Прокурора СССР №476. 

Далее читаем выписку из акта: “Постановление Народного комиссара внутренних дел СССР и Прокурора СССР от 6.12.1937 протокол № 476 о расстреле Кузмицкого Станислава Иосифовича приведено в исполнение 20 декабря 1937 г. в городе Орша. Подпись начальник 8 отдела МГБ НКВД БССР лейтенант госбезопасности (фамилия зачеркнута)”

В 1959-м году Станислав Кузмицкий был реабилитирован посмертно Военным трибуналом Белорусского военного округа.

Справка: В 1919-1920 году на территории Беларуси и Польши развернулась советско-польская война. Часть территории Беларуси была оккупирована Войском Польским, другая – советами. СССР проиграл войну, и по Рижскому миру 1921 года западная часть Беларуси оказалась в составе Второй Речи Посполитой Польши, а восточная – под контролем Советского Союза.